Для тех, кто со мной еще не знаком и хочет познакомиться поближе, я решила рассказать мою историю. Многие знают меня как логопеда-заиколога, автора программы «Победители заикания» и специалиста, который помогает детям и взрослым начать говорить свободно и уверенно. Но мало кто знает, что мой путь начался совсем не с профессионального интереса и не с желания выбрать узкую специализацию.

Все началось с моей дочери. И если бы много лет назад мне кто-нибудь сказал, что именно ее история поможет изменить жизнь тысяч семей по всему миру, я бы не поверила.

Лето 1998 года стало для меня временем больших решений. Нужно было выбирать дальнейший путь. С институтом все было понятно — педагогический. А вот факультет я выбрала почти случайно. Из длинного списка названий мне откликнулось только одно: «Специальная психология и коррекционная педагогика». Тогда мне просто понравилось, как это звучит. Только спустя годы я поняла, что случайностей не бывает.

Мне очень повезло с преподавателями. На кафедре логопедии работали специалисты, которых без преувеличения можно назвать легендами, которые вошли в историю профессии. До сих пор помню Марию Федоровну Фомичеву, которую мы между собой ласково называли «баба Маша».

Помню, как она говорила: «Любой логопед может работать с картинками и инструментами, а вы должны уметь заниматься с ребенком даже в чистом поле, без вспомогательных инструментов».

Позже я поняла, насколько глубокой была эта мысль.

Учеба была непростой, практики — неимоверно сложными. Первая практика проходила в психиатрической больнице и была связана с тяжелыми детьми. Вторая позже — в школе. Эмоционально было очень напряженно, но именно тогда у меня появилось ощущение, что я нахожусь на своем месте.

После университета я много лет проработала в ведомственном детском саду. Мне очень повезло с руководством — мне дали свободу и не ограничивали жесткими рамками. Главным было — показать результат. Я была востребованным практикующим логопедом.

Но была одна тема, с которой я тогда не работала — заикание. И, честно признаюсь, как и большинство моих коллег в тот период, знала я о нем совсем немного.

Когда моей дочке Вике было около трех лет, в детском саду проходил праздник к 8 Марта. Красивый зал, нарядные дети, родители, которые сидят с камерами и улыбаются своим малышам.

Когда дети вышли на сцену, я вдруг заметила странную вещь: Вика все время прикрывала рукой лицо. Сейчас я понимаю, что она, скорее всего, испугалась. Со сцены хорошо видно, как много людей сидит в зале, а для маленького ребенка это может оказаться настоящим стрессом.

Праздник шел минут сорок, и все это время она стояла с рукой у лица. Но тогда я не придала этому особого значения. А потом мы пошли в группу переодеваться, и именно там я впервые услышала то, что меня насторожило — дочка начала тянуть гласные.

Я услышала это сразу. Речевой слух у логопеда отключить невозможно. Но я совершенно не понимала, что происходит. Дома это стало еще заметнее. Днем — одни звуки, вечером — другие. Где-то она тянула звуки сильнее, где-то совсем чуть-чуть, но я тогда и представить себе не могла, что это может быть заикание.

Это сейчас я знаю, что заикание далеко не всегда начинается резко и очевидно, а может проявляться разными способами.

Иногда родители слышат просто запиночки, повторения звуков и слогов, а иногда просто считают, что ребенок просто балуется. Чаще всего взрослые не замечают ничего тревожного, потому что это точно не задача родителя — разбираться во всех нюансах.

За годы работы я заметила одну важную закономерность. Очень часто родители начинают замечать изменения в речи ребенка раньше всех. Мама слышит, что ребенок начал говорить по-другому. Что-то изменилось, хотя окружающие и бабушка с дедушкой могут говорить: «Тебе кажется», «Не придумывай», «Не накручивай себя».

Но мама замечает то, что может ускользнуть от внимания других людей.
Поэтому если вам кажется, что речь изменилась, если вас что-то настораживает или вызывает вопросы, не стоит отмахиваться от своих наблюдений.

Это не значит, что у ребенка обязательно есть заикание. Но это точно повод внимательнее разобраться в ситуации. Именно поэтому я рекомендую пройти специальное тестирование, которое поможет понять, есть ли у ребенка признаки заикания и требуется ли дополнительная консультация специалиста.
Ссылку на тестирование оставлю в конце статьи.

А между тем Вика сразу начала заикаться довольно сильно, и я понятия не имела, что с этим делать.

Когда мои близкие услышали речь Вики, то все, что я от них услышала, было:
«Да ладно, ерунда. Не обращай внимания!»

Но я не могла не обращать внимания. Каждый раз это буквально резало мне слух. Я не понимала, что делать, куда бежать, к кому обращаться. Была просто в отчаянии.

Сначала мы обратились в поликлинику. Врач сообщила, что это не лечится, что ужасно меня перепугало. Позже невролог назначил успокоительные и предложил лечь в детскую психиатрическую больницу. Я отказалась — меня пугал сам факт такого лечения. Но еще больше пугала неизвестность.

Я столкнулась с очередями, ожиданиями, занятиями, которые не имели никакого отношения к работе с заиканием. Временами оно шло на спад — и я радовалась, а потом снова возвращалось.

Наверное, многие родители узнают себя. Когда готов ехать на другой конец города ради консультации. Неделями ждешь записи к очередному специалисту. Собираешь рекомендации знакомых. Читаешь форумы до глубокой ночи и очень хочешь верить, что вот сейчас наконец найдется решение.

Один специалист говорит подождать. Другой назначает лекарства. Третий уверяет, что все пройдет само. Четвертый рекомендует записать ребенка в бассейн и на массаж. И каждый раз появляется надежда. Кажется, что вот этот специалист точно поможет. Что именно эти таблетки сработают. Что именно эти занятия окажутся тем самым решением.

Но проходят недели, месяцы, иногда годы, а проблема либо остается, либо возвращается снова после небольшого перерыва.

И тогда накатывает чувство безысходности. Вроде бы делаешь все возможное. Тратишь время, силы, деньги. Выполняешь все рекомендации. Возишь ребенка на занятия. А результата нет.

Вот и мне тогда в какой-то момент стало казаться, что я осталась с этой проблемой один на один. Что никто толком не может объяснить, что происходит с моим ребенком и что делать дальше.

Но именно тогда я приняла решение не останавливаться и продолжать искать решение, которое поможет моей дочери.

Однажды дочка повторила слог шестнадцать раз подряд. Я считала. А потом она посмотрела на меня и прошептала: «Мама, я не могу сказать».

Мне сложно передать словами, что я почувствовала в тот момент. Наверное, по-настоящему понять это могут только родители, которые сами через это проходили.

Когда ты видишь, что твой ребенок хочет что-то сказать. Пытается изо всех сил, а у него не получается. И ты понимаешь, что не можешь помочь ему здесь и сейчас. Нельзя забрать эту боль себе.

На консультациях я часто слышу похожие истории. Однажды ко мне обратилась мама, которая работает врачом. Человек с медицинским образованием, привыкший помогать другим людям и находить решения в сложных ситуациях.

Ее ребенок подошел к ней после очередной неудачной попытки выговорить слово, посмотрел в глаза и спросил: «Мамочка, я болен? Ты мне поможешь?»

В этот момент для родителей рушится мир. Потому что раньше только они слышали, что ребенок заикается, а теперь и ребенок тоже начал замечать, что у него есть проблемы с речью. Начинает задавать вопросы, расстраивается.

Именно тогда многие родители понимают, что ждать больше нельзя. Надо непременно найти решение, которое поможет ребенку.

К моему ужасу семья моих переживаний не разделяла: «Да пройдет само, успокойся». Но как можно успокоиться, если речь идет о здоровье ребенка, о его будущем? Я же логопед. Я знаю, как тяжело живется людям, у которых есть проблемы с речью.

Еще и окружение подливало масло в огонь. Однажды соседка сказала с усмешкой: «Юля, ты прям сапожник без сапог». Меня тогда будто окатили ледяной водой.

Я помогала многим семьям, вытаскивала сложнейших детей с тяжелыми диагнозами, а с заиканием дочери справиться не могла. В ВУЗе этой теме было посвящено совсем немного времени, к тому же нам давали только «голую теорию» (и весьма устаревшую, как я сейчас понимаю).

Помню, как ночами рыдала в подушку, хотя при дочке старалась держаться, потому что прекрасно понимала, насколько состояние мамы влияет на ребенка. Больше всего боялась, что не справлюсь с собой и не смогу помочь своей малышке. Надо было что-то делать, и у меня родился план.

Я начала учиться. Много. После работы бежала на обучение и лекции. Ночами читала книги, исследования и штудировала материалы. Постепенно у меня стало складываться понимание того, что такое заикание на самом деле.

Я увидела, насколько многое из того, что считалось правильным раньше, уже не соответствует реальности. Например, есть распространенное мнение, что заикание возникает из-за сильного испуга или стресса, но практика показала, что это не так.

К Вике заикание вернулось от радости. Однажды мы приехали на Волгу, дочка вздохнула и радостно сказала: «Аааах, Волга!» — и на вдохе случилась судорога.

Не страх. Не стресс. Радость.

И тогда я окончательно поняла, что проблема с заиканием намного сложнее и глубже. Я пробовала разные техники и упражнения, наблюдала, анализировала и продолжала учиться. По мере того, как мои знания углублялись, я поняла, что нужна система.

И у меня стало получаться. Я изучала все современные исследования и подходы, применяла их на практике и увидела стабильный результат у своей дочки. Рецидивов больше не было!
Так постепенно родился мой подход. Сначала — для своего ребенка, а потом уже и для других детей.

Сейчас у моей дочки нет никаких особенностей речи. Она живет обычной жизнью. Как и все школьники успешно отвечает у доски, пишет контрольные работы, ссорится и мирится с подругами, проживает сложный подростковый возраст со всеми его эмоциями, переживаниями и бурными реакциями.

Однажды невролог, зная нашу историю, спросил, нужен ли рецепт на медикаменты. Я ответила, что нет необходимости — моя дочь полностью здорова. Он не поверил и пригласил нас в кабинет. Задавал вопросы быстро, ждал запинок, а дочка спокойно отвечала.

Сегодня моя методика помогла уже сотням детей. И каждая победа над заиканием для меня — личная.

Я рассказала эту историю для родителей, которые сейчас в страхе и растерянности, ведь я была на вашем месте и точно знаю, что вы пережили, что чувствуете и с какими трудностями сталкиваетесь. А еще я точно знаю, что вашему ребенку можно помочь, ведь заикание излечимо.

Что я могу порекомендовать родителям детей с заиканием спустя годы работы и после того, как сама прошла этот путь вместе со своей дочерью:

Прежде всего — не теряйте время.

Если вам кажется, что с речью ребенка происходит что-то не то, не ждите месяцами и не надейтесь, что все пройдет само. Для начала важно понять, действительно ли это заикание или нет. Чем раньше вы получите ответ на этот вопрос, тем быстрее сможете понять, что делать дальше.

Второе — найдите грамотного специалиста. К сожалению, за годы работы я видела слишком много семей, которые потеряли месяцы и даже годы на рекомендации, не имеющие отношения к устранению заикания. Именно поэтому так важно найти специалиста, который действительно понимает природу этой проблемы и знает, как с ней работать.

Если вам нужна профессиональная оценка ситуации, вы всегда можете записаться ко мне на консультацию.

И третье — действуйте. Не ищите «волшебную таблетку». Не ждите идеального момента. Не откладывайте помощь на потом.

Заикание не относится к тем проблемам, которые решаются сами собой. Время имеет значение. Чем раньше вы предпримите верные шаги, тем скорее поможете ребенку избавиться от заикания.

Если вы только недавно столкнулись с заиканием и не знаете с чего начать, рекомендую вам прийти на бесплатную лекцию для родителей детей от 2 до 17 лет «5 главных шагов к победе над заиканием у ребенка».

Если вы боретесь с этой проблемой уже не первый год, возможно, пришло время разобраться, что именно мешает получить результат. В этом случае рекомендую записаться на диагностику, которая позволяет найти причину заикания, определить корень проблемы и понять, что необходимо делать конкретно в вашем случае, чтобы встать на путь здоровой речи